RESOURCES

  • Email to a friend Email to a friend
  • Print version Print version
  • Plain text Plain text

Tagged as:

No tags for this article
Home | History | Ольга Алексеевна Новикова и ее лондонский салон

Ольга Алексеевна Новикова и ее лондонский салон

By
Font size: Decrease font Enlarge font

Имя Ольги Алексеевны Новиковой было хорошо известно в Лондоне в последней трети XIX – начале XX в. Ее салон посещали многие видные британские интеллектуалы, религиозные и политические деятели, дипломаты и журналисты, люди разных взглядов. Это тем более удивительно, что хозяйка салона принадлежала к славянофильским кругам и слыла ярой защитницей самодержавной России.

   

Ольга Алексеевна (1840-1925) происходила из московской семьи Киреевых, убежденных славянофилов. Крестным отцом Ольги и ее братьев был Николай I. Отец, Алексей Николаевич Киреев, был офицером. Азы салонной культуры она познавала в салоне своей матери, светской красавицы Александры Васильевны. С детских лет девочка вращалась в кругу писателей и политиков, увлекалась литературой и музыкой, знала несколько языков, отлично владела английским. А ее отец был не только славянофилом, но и англофилом. В 1860 г. Ольга выходит замуж за И.П. Новикова, который был чиновником министерства народного просвещения, в конце жизни – генерал-лейтенант. В 1861 г. у них родился сын Александр, который станет известным земским деятелем. После замужества Ольга Алексеевна переезжает в Петербург, где посещает знаменитый салон великой княгини Елены Павловны и попадает в круг столичного светского общества. 

Она часто выезжала за границу, после первого посещения Лондона в 1868 г., будет возвращаться сюда ежегодно. По ее собственным словам, «дорогая Англия овладела ею», и зимнее время года она почти постоянно проводила в Лондоне. Она заводит новые знакомства и, что вполне естественно, начинает принимать у себя (устраивать «четверги»). Трудно даже перечислить всех, с кем она общалась – историки А. Кинглек, Дж. Фруд, Э. Фриман, Т. Карлейль; политические деятели У. Гладстон, Ч. Вильерс, сэр Г. Кэмпбелл-Баннерман; бывший посол в России лорд Ф. Непир; граф Бейст, бывший канцлер Австрийской империи, сейчас посол в Лондоне; каноник Лиддон, профессор-физик Дж. Тиндаль, критик А. Хейворд, журналист У.Т. Стэд и многие другие. 

Жила она в Лондоне по разным адресам, но предпочитала Кларидж Отель. Умная и очаровательная хозяйка, разносторонние интересы, непринужденная обстановка. Иногда гостей собиралось так много, что места в небольшой гостиной не хватало. А ее многочисленные знакомства не только в России, но и в Европе добавляли ей авторитета и привлекательности в глазах английских знакомых. Естественно, что ее салон оказывался притягательным для многих соотечественников, которые оказывались в Лондоне. Среди них философ В.С. Соловьев, историк М.М. Ковалевский, художник В.В. Верещагин, писатель П.Д. Боборыкин, теософ Е.П. Блаватская и др. 

Вначале это был обычный салон, где много внимания уделялось религиозным вопросам. Ее старший брат Александр Киреев был активным участником движения старокатоликов (несогласных с догматом о непогрешимости папы Римского), и Ольга Алексеевна начинает помогать ему. Интерес к этому движению, а также к сближению с православной церковью проявляла Англиканская церковь. Ведя переписку с немецкими и французскими богословами, она знакомит с их сочинениями и своих новых английских друзей. Ее первоначальное общение с Гладстоном, с которым она познакомилась в 1873 г.,  было как раз на религиозные темы. 

Фоторгафии воспроизводятся по сайту http://nap-novik.narod.ru/Novikova_Olga.htm 

Возможно, что она и дальше продолжала бы блистать в обществе посетителей своего салона, но обостряется ситуация на Балканах, летом 1876 г. в Сербии в бою с турками трагически погибает ее младший брат Николай Киреев. Она очень переживала и не могла смириться с этой потерей, считая, что именно политика Б. Дизраэли, поддерживавшего Турцию, способствовала развязыванию этого конфликта и, соответственно, привела к смерти ее брата. Ее личное горе совпало с начавшимся в Англии движением, получившим название Bulgarian agitation, вызванным жестокой расправой турецких властей над участниками восстания в Болгарии в мае 1876 г. Это сообщение взволновало британскую общественность. С критикой официального курса Великобритании и в защиту балканских славян выступил У. Гладстон, находившийся тогда в оппозиции. Он считал, что в этом вопросе России и Англии следует объединить усилия, а не занимать противоположные позиции. Однако традиционное предубеждение к Российской империи, память о Крымской войне были слишком сильны. Дизраэли даже грозил России новой войной.

В этот период деятельность Ольги Алексеевны приобретает политическую направленность. Она решила «сделать все, что в ее скромных силах, чтобы способствовать лучшему пониманию между двумя нациями». Думается, что эмоциональное воздействие Новиковой на своих друзей было довольно значительным. Она ведет переписку с английскими и русскими корреспондентами, обмениваясь информацией и стремясь не допустить возможность войны между странами. С началом русско-турецкой войны антирусские настроения в Англии значительно усилились. В этих условиях журналист Стэд и предложил Ольге Алексеевне написать серию писем, отражающих русскую точку зрения, с целью воздействовать на британское общественное мнение. Так началась ее публицистическая деятельность. Статьи, которые она подписывала своими девичьими инициалами «О.К.», были написаны очень эмоционально. Затем эти статьи выходят отдельными изданиями с говорящими названиями «Ошибается ли Россия?» (1877) и «Друзья или враги?» (1878).  

Особенно нашумевшей была книга «Россия и Англия. Протест и призыв» (1880), которую высоко оценил Гладстон. Эти издания она посвящала памяти брата Николая. Еще одна книга «Скобелев и славянский вопрос» (1883) была посвящена памяти прославленного генерала, который был ее другом, а также разъяснению идей славянофилов. 

 

Ее активность не осталась незамеченной в британском обществе. Одни считали Новикову «агентом русского правительства», другие ею восхищались, называли «неофициальным послом» и очень высоко оценивали роль в этих событиях, считая, что она одна стоила армии в 100 тыс. человек. Премьер-министр Великобритании Дизраэли назвал Новикову «депутатом от России» (M.P. for Russia). Это ироничное замечание не имело своей целью сделать ей комплимент, но этим почетным титулом она всегда гордилась. Именно такое название выбрал для своей книги о Новиковой ее друг журналист Стэд, считая, что борясь за освобождение христиан на Балканах, она «завоевала право быть названной депутатом парламента от России в Англии». Книга «Депутат от России» (1909) вышла спустя три десятилетия после этих событий, и Стэд воспринимал ее издание как возможность хоть в незначительной мере отдать часть долга, в котором Англия находится перед мадам Новиковой.

Фотография воспроизводится по https://archive.org/details/mpforrussiaremin02steauoft 

Исследователи, как и ее современники, затрудняются в точном определении роли Новиковой в этих событиях и характере ее взаимоотношений с Гладстоном. Историк Р. Сетон-Уотсон считал, что ее личное влияние на русско-английские отношения было «очень реальным», хотя и преувеличивалось значительно как ее друзьями, так и врагами. Кстати, в Англии Ольгу Алексеевну нередко сравнивали с Дарьей Ливен, супругой посла Российской империи в Великобритании  в 1812-1834 гг. Она находилась в дружеских отношениях и постоянной переписке с ведущими английским политиками, и смогла, как считали, удержать Англию от вмешательства в русско-турецкую войну 1828-29 гг. Но при некоторой схожести была и существенная разница. Если Д. Ливен была женой посла и имела официальную поддержку, то ничего подобного у Новиковой не было, ей приходилось действовать самостоятельно, и повлиять она могла только на политика, который в то время находился в оппозиции.

Ольга Алексеевна стала своеобразным посредником между английским и русским обществами. Она оказывала покровительство всем, кто симпатизировал России. Одновременно ее цикл статей «Вести из Англии» печатался в консервативном издании «Московские ведомости». Она была «архитектором, строящим мост одновременно с обеих берегов реки», как охарактеризовал ее роль Стэд. Причем в Англии она представляла консервативную Россию, а в России – либеральную Англию Гладстона.

Новикова не могла мириться с тем, что в Англии в целом враждебно относятся к России, поэтому продолжала разъяснять политику России, знакомить Англию и Россию друг с другом. Она не раз будет писать, что есть две России – официальная и неофициальная, Россия Петербурга и Россия Москвы, как есть и две Англии: Гладстона и Биконсфильда (Дизраэли). Если между официальной Россией и Англией существует вражда и антипатия, то между вторыми – взаимное понимание и взаимные симпатии. 

Но в тоже время она выступала по многим вопросам, в которых ей сложно было найти понимание у британской общественности. Например, она оправдывала правительство даже тогда, когда по России прокатилась серия еврейских погромов или оправдывала условия сибирской ссылки. Защищая российское самодержавие, ей приходилось противостоять русским революционерам-эмигрантам. И здесь нельзя говорить об успешном результате, наверное, она слишком увлеклась своей миссией. Но она руководствовалась не только собственным самолюбием, идейные интересы для нее были важнее. Не случайно, даже не разделяя во многом взглядов Новиковой, ее британские друзья не могли не уважать ее патриотизм. 

 Конечно, одной женщине не под силу было изменить образ России и состояние англо-русских отношений, но неофициальные контакты в данном случае не менее важны. Дружеские отношения сложились у Новиковой с рядом британских историков – А. Кинглеком, Т. Карлейлем и Дж. Фрудом, которые поддерживали ее усилия по наведению мостов между странами. 

Самым знаменитым из ее знакомых был У. Гладстон. Многих удивляла эта дружба русской славянофилки и британского либерала, учитывая, что русофилом Гладстон никогда не был. Но для самой Новиковой ничего странного в этом не было, она не раз повторяла тезис о схожести характера внешней политики русских славянофилов и английских либералов. И те и другие борются за независимость и автономию угнетенных рас, а единственной угнетенной расой в Европе остаются славяне. Сама же Ольга Алексеевна отмечала, что для нее величие Гладстона состояло не в его государственной деятельности, но в его безупречных моральных качествах, приверженности религии. Но их отношения не надо идеализировать. Когда Гладстон в 1880 г.  вновь становится премьер-министром, то их общение перешло преимущественно в область переписки. Они сохранили добрые личные отношения, но если он был несправедлив к России, Новикова без всяких сомнений «скрещивала мечи» с ним на страницах британских изданий. Если «обижали» Россию, то в этом случае чувств своих британских друзей она не щадила.

Другом Новиковой был журналист У.Т. Стэд, который по его собственному признанию, много лет был адвокатом политики российских правителей в английской прессе. Прославившись скандальными разоблачениями язв британского общества, журналист, на удивление англичан, рисовал положительные образы российских императоров. Будучи сам страстным пацифистом, он особенно подчеркивал их миролюбивую политику. У Новиковой и Стэда были различные мнения по многим вопросам (о религиозных преследованиях в России, Государственной Думе, евреях и нигилистах). Но ни одно их этих расхождений, по словам Стэда, не уводило от высшей цели их союза – способствовать лучшему пониманию между народами

Несомненно, что влияние О.А. Новиковой испытал и молодой писатель С. Грэхем, который в начале XX в. совершил по России несколько путешествий. Все его книги проникнуты глубокой симпатией к русскому народу. Он также станет пропагандистом дружбы между двумя странами. 

В начале XX в. Новикова прекращает свои приемы, к этому времени ушли из жизни многие из ее старых друзей. Но полностью отказаться от активного образа жизни она просто не может. Из воспоминаний Грэхема возникает образ женщины-легенды, и, несмотря на преклонный возраст, еще деятельной. Она обладала яркой памятью, и о ком бы она ни рассказывала – о русских писателях, Карлейле или Гладстоне – она была способна создать эффект их присутствия. Иногда она устраивала завтраки и в этих случаях сияла и показывала очарование, которое сохранила с дней своего великолепия. А в предисловии, которое Грэхем написал к воспоминаниям Новиковой, каждое слово буквально пронизано восхищением ею и ее преданностью России. Она не только представляла Россию в Англии, «она сама была Россией», утверждал Грэхем

Как яркая и неординарная личность О.А. Новикова была противоречивой, имела много друзей, но и немало противников. Одни современники ею восхищались, у других она вызывала раздражение. Одни посвящали ей стихи и пьесы, другие обвиняли. Многим не нравилась активность Новиковой, причем не только в Англии, но даже и в России. Если Аксаков, Катков, Победоносцев считали ее деятельность полезной для России, то для некоторых это было что-то сродни шпионству. Ей часто ставили в упрек, что она представляла именно официальную, «охранительно-патриотическую» Россию. Играл свою роль и гендерный фактор, не нравилось вмешательство женщины в политические дела. Думается, что многие упреки в ее адрес являются несправедливыми. Все, что она делала, было искренне и с энтузиазмом, хотя ей часто не хватало гибкости. Начавшаяся Первая мировая война на какое-то время возвращает О.А. Новикову к публицистической деятельности в поддержку англо-русского союза. Она даже пишет книгу воспоминаний. Но революционные события перечеркнули усилия всей ее жизни. 

Обе страны неразрывны в судьбе Ольги Алексеевны: зимой она жила в Лондоне, а лето проводила на родине; в Англии писала о России, а в России – об Англии. Для англичан она была русской, а дома ее часто воспринимали как иностранку. Большую часть жизни она посвятила установлению взаимопонимания между странами. И символично, что родившись в России, последний свой приют она находит в Англии. 

 

Литература

Novikova O. Russian Memories. With an Indrod. by S. Graham. L., 1917.

Stead W.T. (ed.) The M.P. for Russia. Reminiscences and Correspondence of Madame Olga Novikoff. Vol. I-II. L., 1909. (Русский перевод: Депутат от России. Воспоминания и переписка О.А. Новиковой. СПб., 1909).

Seton-Watson R.W. Disraeli, Gladstone and the Eastern Question: A Study in Diplomacy and Party Politics. L., 1962.

Третьякова С.Н. Лондонский салон О.А. Новиковой: женщина в мире мужской политики // Социальная история. Электронный научный журнал. 2013. Вып. 2. С. 28-43.

http://icshes.ru/elektronnyj-nauchnyj-zhurnal-sotsialnaya-istoriya/

Энциклопедические издания:

[В.Д., О.М.]  Новикова О.А. Большая энциклопедия русского народа // http://www.rusinst.ru/articletext.asp?rzd=1&id=4800&abc=1

Oxford dictionary of national biography: from the earliest times to the year 2000 / ed. by H. C. G. Matthew a. Brian Harrison. - Oxford: Oxford univ. press, 2004. Vol. 41. P. 229-230.

НА ПРАВАХ РУКОПИСИ. Для цитирования С. Третьякова  (2014) «Ольга Алексеевна Новикова и ее лондонский салон», Лондон: Русское присутсnие в Британии ( www.russianpresence.org.uk